Читать книгу Его Величество дракон онлайн
Пропильная резьба раньше, чем в других местах, начала развиваться в экономически развитых губерниях: Ярославской, Костромской, Владимирской, Нижегородской. Со временем она оформилась в самостоятельный вид народного творчества. Мотив змея-дракона в декоративном убранстве домов в те времена играл роль оберега, покровителя дома. Неудивительно, что на Руси на многих строениях красовался этот символ. Типичный средневековый дракон был рогатым созданием с головой собаки, острыми когтями, перепончатыми крыльями летучей мыши и длинным змеиным хвостом.
На наличнике ростовского дома драконы помещены по сторонам солярной розетки – символа Солнца. Как показала археология, культ почитания Солнца возник ещё при неолите и был широко распространён в Новгородской Руси.
Мотивы драконов в резьбе наличника. Начало XX в. Ростов [9]
По утверждению Рыбакова Б. А. [10], солярные знаки использовали для защиты жилища от злых потусторонних и ночных сил. Символ Солнца занимает центр верхней части наличника. Головы драконов повёрнуты назад, они как бы кусают свои хвосты.
Со временем образ дракона принимает всё более сказочный характер. Иконография драконов начинает напоминать лубочные картинки: из пасти змея вылетают огненные стрелы. Драконы начинают напоминать широко известного на Руси Змея Горыныча. Резчики и плотники изображают одноголового дракона, иногда с орнаментом чешуи на туловище. Крылатый дракон постепенно превращается в ползучего змея, а его тело плавно перетекает в растительный орнамент.
Сказочный Змей Горыныч Ивана Билибина
Мотивы драконов в резьбе наличника. 1930-е гг.
Ивановская область [9]
Мотивы драконов в резьбе наличника. 1930-е гг.
Ивановская область [9]
В христианстве дракон представлен как обобщающий символ зла. В откровении Иоанна Богослова древний змий напрямую отождествляется с дьяволом. Драконы, побеждаемые христианскими святыми, символизировали безверие и беспорядок. Однако русский народ продолжал видеть в драконах нечто положительное. Именно поэтому резные драконы изображаются как добродушные «улыбающиеся» твари. В них не осталось ничего чудовищного и химерического. Это уже произведения подлинно народного искусства, далёкие от догматической церковности.