Читать книгу Сдавайся! Это любовь онлайн
Мы перестали поздравлять друг друга с Днем рождения и Новым годом. А до этого дарили глупые подарки в виде брелока с блюющим смайликом.
– Вечером зайду за выигрышем. И это… Было бы классно получить еще и торт бонусом.
Черт бы побрал эту новенькую. У меня нет десяти тысяч и торты я год не готовила.
Глава 4. Герман
– Мам, я на пять минут выйду! – кричу из коридора и сразу же захлопываю входную дверь. Еще заставят мусор выкидывать.
Перед тем как звонить в дверь Птичкиной, зачем-то прочесываю волосы пальцами и отряхиваю джинсы на предмет крошек. Совсем умом тронулся.
Было бы перед кем выпендриваться. Это же Леся!
Звоню. Почему-то нервничаю. Я не был в квартире Птичкиной год после того странного дня, когда она принесла мне торт. Что тогда случилось, толком не понял. Но Олеся перестала со мной общаться.
Точнее, общение было очень скудным, сквозь зубы. На вопросы не отвечала, игнорировала по максимуму.
– Привет, – говорю Олесе, которая открыла мне дверь после трех звонков.
Прикрываю глаза, верчу головой, как смахиваю с себя утренний сон.
Девушка, что встретила меня на пороге, мало похожа на Птичкину. То есть это она, не сомневаюсь, но эта Птичкина в облегающих леггинсах и коротком топе. Мокрая. Дышит часто и облизывает губы.
Секси.
Леся захлопывает за собой дверь и тянет меня вверх по лестнице. Ее ладонь на моем локте. И силы у этой Птичкиной дай бог любой.
Или не дай бог любой.
– Вот, держи, – запыхавшись, достает между грудей две сложенные купюры.
Не знаю, куда смотреть. На довольно привлекательную троечку или на деньги. И то, и другое манит.
Сглатываю и чувствую себя так, будто секса месяц не было. А это неправда. Только вчера Альбиночка и ее троечка показывали мастер-класс.
– А торт?
– И откуда я, по-твоему, должна его достать?
Птичкина злая.
– Ну, десять косарей ты же достала откуда-то.
Олеся упирает руки в бока. Визуально это делает ее бедра круглее и соблазнительнее.
– И не мечтай, торт оттуда не достану.
– Пф-ф, больно надо.
Стоим и смотрим друг на друга. Это первый раз, когда мы остались вдвоем. Институт не считается, там обычно вокруг нас много людей.