Читать книгу Громов: Хозяин теней – 2 онлайн

– Т-тут… – он коснулся бока. – И тут… и…

Голос у него сделался ноющим и плаксивым.

Стоять.

Я одернул пацана. Нытики раздражают. А он того и гляди готов был разреветься, в голос, трубно и размазывая сопли по физиономии.

Не надо.

Не из тех она, кого слезой разжалобить можно. Вот что мне в жизни реально помогло – это чуйка. Ленка говорила, что это талант, людей так вот, с полуслова срисовывать, понимать, кто и чем дышит. Так что вдох… да, больно, но боль перетерпеть придётся. И выдох. И спокойным голосом… спокойным сказать:

– Рёбра, кажется, сломаны, – голосок у мальчишки тонкий и дрожит, но уже в слезу не падает. – Справа два. Слева – одно. Возможно, трещины.

Евдокия Путятична слушает.

А Савка, пусть из последних сил, но держится.

– Ушибы… мягких тканей. Не опасно. А вот о внутренних повреждениях сказать не могу.

– Надо же, – рука переместилась на живот и от неё внутрь что-то потекло. Тёплое. Даже горячее.

Охренеть обжигающее.

– Стой, – велели Савке, когда он дёрнулся. – Что чувствуешь?

– Жар, – он ответил уже сам, хотя внутри дрожал, что лист осиновый. Боялся. Женщину?

– Сильный?

– Да. От… ваших рук. И внутрь. А потом растекается…

– Интересно, – руки женщина убрала. – Весьма… интересно. Что ж, молодой человек… Зорянка! Зорянка, отведи его в душ, пусть умоется. Одежду выдай.

– Так ить… не напасёшься же… чистой-то не напасёшься. Если каждому давать… до сроку… это ж порядка не будет! Вон, нехай в воде прополощет, ныне тепло, не застудится как… а там и просохнет. И добре.

– Зорянка, я ведь и проверить могу, – Евдокия Путятична позволила себе лёгкое недовольство. – А то и инвентаризацию провести… и аккуратней. Помой сама. И смотри, чтоб не упал. Сотрясение всё-таки имеется. Потом отведешь в лазарет. Пусть день или два отлежится…

Она замерла, явно задумавшись.

– Каледин когда отбыл?

– Так ить намедни…

– Тогда сама отыщи медицинскую карту и принеси мне.

– Антон Петрович расстроится. Он не любит, когда в его кабинету кто лазаит.

– Если бы Антон Петрович был чаще трезв, чем пьян и с большей ответственностью относился к работе, ему не пришлось бы расстраиваться.